halb_liter (halb_liter) wrote,
halb_liter
halb_liter

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Краснов и нацисты

Окончание статьи Дробязко
начало вот тут
продолжение вот тут
16 марта 1945 г. газета «Казачья земля» опубликовала открытое письмо Краснова Власову:

«Глубокоуважаемый Андрей Андреевич!... Военные обстоятельства и необходимость как Вам, так и мне уехать в инспекционные поездки, помешали нам закончить переговоры. Вы поняли, что освободить Россию от большевистской власти можно только при помощи иностранной державы и именно Германии...

И цели - уничтожение большевизма в России, и средства - тесное сотрудничество для того с Германией, у Вас и у казаков - одни и те же. Какая же тут может быть размолвка?

Если бы военные обстоятельства не прервали наших переговоров, мы бы с Вами договорились и пошли бы, как и надлежит идти, как всегда шли русский солдат и казак.

Нашей кажущейся размолвкой воспользовались большевики. Через своих агентов и заблудших казаков, авантюристов, личное самолюбие и выгоды ставящих выше блага Родины, они сеют смуту, говоря, что казакам следует отойти от своих вождей и начальников, идущих с немцами и перейти к Вам, делающему Русское дело без немцев.

Они возбуждают ненависть к немцам, подрывают доверие к Германской армии.

Они говорят, что в Штабе Казачьих Войск и в станицах засели заскорузлые старики, которые только и думают подвести Казачество под протекторат Германии, и одновременно распространяют волнующие казаков слухи об успехах Вашей армии, подошедшей к самой Москве?!

Все это ни Вам, ни казакам не на пользу. Это нужно только большевикам.

Хорошо зная чаяния казаков, свидетельствую Вам: у казаков одна мечта - вернуться в родные Края, зажить там своей жизнью, какой они жили до прихода к власти большевиков. Казаки хотят иметь свое самоуправление: Круг (Рада) и выборных атаманов. Казаки ничего не имеют против того, чтобы те, кто жили и живут теперь на их землях, там и оставались жить равноправно с казаками.

Казаки сознают, что после победы Россия останется под наблюдением и покровительством Германии. Казачьи Войска, самостоятельно развиваясь, будут пользоваться помощью немцев, как союзники Германии.

Для успокоения умов, русских и казачьих, мне бы хотелось, чтобы Вы, Андрей Андреевич, таким же открытым письмом ответили бы казакам на следующие вопросы:

1) Вооруженные Силы Комитета Освобождения Народов России являются частью Германской армии, Германией содержимой и вооружаемой, как это в казачьих частях, или это - самостоятельная, независимая от Германии армия, как о том болтают безответственные люди, противопоставляя ее казакам, “продавшимся немцам”?

2) Признаете ли Вы за казаками те права, которые уже признала Германия?

3) Можете ли Вы и Комитет, Вами возглавляемый, оказать казакам на родной земле помощь, защиту и покровительство без помощи Германии?

4) Не считаете ли Вы ошибочным и вредным в теперешнее смутное время раскалывать казаков созданием параллельного Управления Казачьих Войск, независимого от Главного Управления Казачьих Войск (во главе с ген. от кавалерии П.Н. Красновым)?

Я не хочу верить этому и думаю, что только непроверенные слухи и печальное недоразумение, которое Вы прекратите, приступив к общей работе с казаками и их законными начальниками для спасения Родины, при полном уважении старых прав и особенностей казачьего быта...»

Видя, что Краснов, несмотря на все разговоры о союзе, идет по пути противопоставления казачества всему русскому народу, Власов отдал приказ о формировании при штабе вооруженных сил КОНР Управления казачьих войск, назначив его начальником Донского войскового атамана за границей генерала Г.В. Татаркина, а начальником штаба - полковника Карпова.

К 23 марта 1945 г. Управлением казачьих войск при КОНР было составлено «Положение об управлении казачьими войсками», согласно которому руководящим органом казачества становился Совет казачьих войск, состоящий из походных атаманов и начальника штаба УКВ. Председатель совета подчинялся Власову как главнокомандующему и председателю КОНР. Наряду с констатацией антибольшевистской направленности борьбы и сохранения самобытности жизненного уклада казачества, в положении указывалось, что «казачество, являясь одной из составных частей России,... входит в подчинение Главнокомандующего вооруженными силами и председателя Комитета Освобождения Народов России генерал-лейтенанта Власова».

Краснов назвал этот документ «купчей крепостью о продаже казачьих войск». Однако к этому времени он и его сторонники уже не владели ситуацией, в то время  как Власов действовал наверняка, имея поддержку со стороны Главного управления СС, предоставившего ему широкие полномочия в организации учреждений и воинских формирований КОНР.

24 марта 1945 г. произошло событие, ознаменовавшее собой решающий поворот в отношениях КОНР с казачеством. Состоявшийся в этот день в Вировитице (Хорватия) съезд казаков 15-го кавалерийского корпуса единогласно принял решение об объединении казачьих войск с вооруженными силами КОНР и избрал походным атаманом казачьих войск командира корпуса группенфюрера и генерал-лейтенанта войск СС Гельмута фон-Паннвица. Это был первый и единственный в истории случай, когда казачьим атаманом стал иностранец.

Решение съезда не могло не повлиять на позицию походного атамана «Казачьего стана» Т.И. Доманова - одного из наиболее непримиримых противников объединения ГУКВ и КОНР. Еще 26 марта он предложил кубанцам, высказавшимся на общем сборе в Каваццо-Карнико (Северная Италия) за объединение с РОА, «убираться, куда они хотят, но со своими семьями...», однако узнав о произошедшем в Вировитице, он направил Власову письмо, в котором объявил о передаче «Казачьего стана» в его и готовности выполнять его указания.

28 марта последовал ответ на письмо Краснова за подписью генералов Татаркина и Науменко, а также других представителей казачьей эмиграции.

«По целому ряду затронутых Вами, господин генерал, вопросов, имеются уже совершенно точные, не допускающие кривотолков, официальные разъяснения, закрепленные в основном документе Освободительного Движения - в Манифесте. В Манифесте КОНР сказано, что в настоящий момент единственной реальной силой, могущей поддержать антибольшевистское движение народов России, является Германия. Исходя из этого, Комитет ОНР идет на союз с Германией, но на союз равноправный, не затрагивающий ни чести, ни независимости нашей многострадальной Родины...

Ваш вопрос в том, идем ли мы с Германией или без нее, самостоятельно? Мы никогда не скрывали, что находимся в союзе с Германией, но мы всегда не уставали подчеркивать, что мы равноправные союзники, что мы боремся за независимую Родину, которая не может быть ни под чьим протекторатом или покровительством, в то время как Вы берете на себя смелость от лица казачьей массы утверждать, что после победы над большевизмом, Россия “останется под покровительством и наблюдением Германии”.

Вы пишите, что внутри антибольшевистского лагеря не может быть почвы для размолвок, тем не менее, зная, что такие размолвки имеются, говорите о них неуверенно, точно сомневаетесь в них и боитесь открыто признать их существование. Не проще ли сразу вскрыть их, чтобы покончить с ними? Мы считаем, что казачество уже давно не едино! Не едино несмотря на общность целей нашей борьбы, на общность союзнических отношений с Германией. Здесь, прежде всего, следует упомянуть деятельность крайних “самостийных” элементов. Эти люди считают казаков не выходцами из среды русского и украинского народов, приобретших в силу некоторых особенностей жизни специфические черты и поэтому образовавших особую бытовую группу в нашем народе, а самостоятельным Казачьим народом! Эти люди с серьезной миной говорят о некоей самостоятельной Казакии. Казачья же масса всегда считала себя плотью русского народа, всегда героически отстаивала национальные русские интересы, понимая, что разъединение с русскими может быть только интересно врагам казачества.

Казачество хочет получить в собственность свои земли, хочет свободно трудиться на своей земле, хочет иметь самоуправление, отвечающее казачьим традициям в быту. Это вполне законные требования, но казаки, трезво разбираясь в современной ситуации, сознают, что в России сегодня не может быть восстановлено самодержавие и какие-то сословные привилегии. Россия уже не та и казаки уже не те. Вы, господин генерал, очевидно, неясно представляете себе, что говорят сейчас казаки, пришедшие из Советской России, если до сего часа мечтаете о восстановлении старых порядков, от имени казачьей массы утверждая, что казаки мечтают зажить “той жизнью, какой они жили до прихода к власти большевиков”. Не порождает ли эта точка зрения лишних разногласий в среде казаков?

Таковы причины наших разногласий. В настоящий момент вокруг КОНР собираются те казаки, которые, зная действительное настроение казачьей массы, объединяют ее для борьбы за те идеи, которые изложены в Манифесте КОНР. Мы считаем организацию при КОНР Казачьего Управления своевременным, полезным, собирающим казачьи силы организационным мероприятием...»

28 марта Власов подписал приказ об утверждении Совета казачьих войск, а 20 апреля - приказ о включении казачьих войск в состав вооруженных сил КОНР и утверждении фон-Паннвица в должности походного атамана. 28 апреля переход казачьих частей под верховное командование Власова был санкционирован рейхсфюрером СС.

К концу апреля 1945 г., когда части Красной армии уже вели бои в пригородах Берлина, а до конца войны оставались считанные дни, на остававшейся подконтрольной Германии территории действовали следующие казачьи формирования:

15-й Казачий кавалерийский корпус фон-Паннвица (Хорватия), в который входили две кавалерийские и одна недоформированная пластунская дивизия, запасной полк и части усиления - всего до 40 тыс. человек;

1-й Казачий полк генерала Зборовского в составе Русского охранного корпуса (Хорватия) – 1 075 офицеров и казаков;

Казачий резерв генерала Шкуро (Австрия) - до 2 тыс. человек;

«Казачий стан» походного атамана Доманова (Северная Италия), включавший в себя донские, кубанские и терские беженские станицы, а также корпус, в который входили две дивизии, конный полк, конвойный дивизион, части поддержки, офицерский резерв и юнкерское училище - более 31 тыс. человек, в том числе – 1 575 офицеров, 592 чиновника, 16 485 унтер-офицеров и рядовых, 6 304 нестроевых (4 222 женщины, 2 094 ребенка в возрасте до 14 лет и 358 подростков в возрасте до 17 лет). Около 70 % офицеров и чиновников «Казачьего стана» (1 430 человек) было представлено старыми эмигрантами.

Всего же, по данным ГУКВ, на территории Германии и оккупированных ею государств Западной Европы находилось до 110 тыс. казаков, подавляющее большинство которых (не менее 75 тыс.) составляли бывшие советские граждане.

30 апреля 1945 г. ввиду приближения английских войск и активизации действий итальянских партизан было принято решение об эвакуации казачьих строевых частей и беженцев из Италии. Отход начался в ночь со 2 на 3 мая, а к вечеру 7 мая, преодолев высокогорный альпийский перевал Плоукен-Пасс, последние казачьи отряды пересекли итало-австрийскую границу и расположились в долине реки Драва между городами Лиенц и Обердраубург. Отсюда в расположение 8-й британской армии были отправлены парламентеры, которые объявили о капитуляции «Казачьего стана».

Неподалеку разбили лагерь 4,8 тыс. кавказцев (главным образом, адыгейцев, карачаевцев и осетин), перешедших Альпы вместе с казаками. Лишь около 600 из них были бойцами Северокавказской боевой группы войск СС, а остальные являлись гражданскими беженцами. Возглавлял горцев адыгейский князь генерал Султан Келеч-Гирей. Восточнее - в городке Шпиталь - находилась группа в несколько сот казаков из Казачьего резерва Шкуро. Последние, идя на соединение с «Казачьим станом», 15 мая столкнулись у Юденбурга с советскими войсками и лишь после тяжелого боя смогли прорваться в расположение англичан. Тремя днями раньше из Хорватии в Австрийские Альпы прорвался 15-й Казачий кавалерийский корпус фон-Паннвица, который сложил оружие перед англичанами в районе Фельдкирхен – Альтхофен.

Первое время положение казаков было не похоже на положение военнопленных. Они были поставлены на английское армейское довольствие, содержались относительно свободно, лишь с ограничениями передвижения во время комендантского часа. Отношение англичан носили подчеркнуто корректный характер, казачьи офицеры сохраняли личное оружие, кроме того для несения караульной службы казакам были оставлены винтовки - по одной на 10 человек. Среди казаков ходили самые разные слухи относительно их дальнейшей судьбы: высказывались предположения о формировании из них некоего подобия Иностранного легиона и переброски на Ближний Восток, в Африку или даже на острова Тихого океана для борьбы с японцами. Мало кто из них догадывался о том, что судьба их уже решена, так как 11 февраля 1945 г. в Ялте союзники подписали соглашение о репатриации всех советских граждан, взятых в плен в составе германских вооруженных сил.

16 мая англичане потребовали сдать оставшееся у казаков оружие. 28 мая под предлогом встречи с английским главнокомандующим фельдмаршалом Александером от массы рядовых казаков были отделены офицеры - около 1 500 из «Казачьего стана» (включая 14 генералов) и примерно 500 из 15-го кавалерийского корпуса (в том числе 150 немцев), а также 125 офицеров-кавказцев. Все они под усиленным конвоем были отправлены в Шпиталь и размещены в огороженном колючей проволокой лагере, где им объявили о предстоящей выдаче советским властям.

В течение ночи, проведенной в лагере, П.Н. Краснов написал на французском языке несколько петиций в адрес короля Великобритании, Лиги Наций, Международного Красного Креста и архиепископа Кентерберийского. Эти документы, покрытые тысячами подписей казачьих офицеров, так и остались без ответа. В ту же ночь несколько офицеров повесилось, а трое перерезали себе артерии осколками разбитых стекол. Однако остальные до самого конца не могли поверить в возможность их насильственной выдачи большевикам.

Утром к воротам лагеря подошла длинная колонна крытых брезентом грузовиков. Англичане приказали Доманову объявить офицерам о погрузке в машины для следования к месту передачи советским войскам. Этот приказ вызвал взрыв возмущения. Через переводчика английскому коменданту лагеря было заявлено, что до сей поры казаки беспрекословно выполняли все приказания англичан, но этого приказания они исполнить не могут, потому что не считают себя пленными. Комендант в категорической форме вновь предложил исполнять приказ, но казачьи офицеры отказались повиноваться. Они сели на землю по 14 человек в ряд и сцепились друг с другом руками, образовав плотную массу. Тогда по приказу коменданта английские солдаты бросились на офицеров и стали жестоко избивать их прикладами. Окровавленных людей вырывали из общей массы и волокли к грузовикам. Видя, что дальнейшее сопротивление бесполезно, офицеры стали подниматься и расходиться по машинам.

В этот момент от них отделилась группа старых эмигрантов. Подойдя к английскому коменданту, они предъявили свои паспорта с гражданством Франции, Югославии, Греции, Польши и других стран. Однако их попытки доказать, что они являются признанными Лигой Наций политическими эмигрантами и поэтому не подлежат насильственной выдаче большевикам, не произвели впечатления на коменданта. Криво улыбнувшись, он ответил: «Исключений быть не может. Вы - военные люди и я также военный, потому знаете - каждый приказ должен быть выполнен полностью. И без всяких рассуждений». Стоявший рядом офицер добавил: «Вы - казачьи офицеры. Будете показывать свои документы в СССР Сталину. Езжайте к нему в гости».

Через четыре часа колонна грузовиков пересекла демаркационную линию, разделявшую советскую и британскую оккупационные зоны, и прибыла в Юденбург, где свыше 2 тыс. казачьих офицеров были переданы «Смершу» 3-го Украинского фронта.

Мотивы выдачи советским властям Краснова, Шкуро и других старых эмигрантов, долгое время оставались загадкой. Они были раскрыты генералом П.А. Судоплатовым, возглавлявшим в годы войны отдел спецопераций НКГБ, в его воспоминаниях. Они заключались в самой заурядной сделке – «натуральном обмене» белых атаманов, а вместе с ними и остальных эмигрантов, на группу плененных Красной армией немецких морских офицеров во главе с адмиралом Редером.

Обезглавив «Казачий стан» и 15-й кавкорпус, англичане приступили к депортации остальных казаков. Эта акция стала военной операцией с участием сил трех английских дивизий и двух бригад. Согласно многочисленным свидетельствам переживших эти события казаков, в насильственной выдаче принимали участие подразделения бригады, сформированной из палестинских евреев. Эти свидетельства, являясь отчасти плодом традиционной для казаков неприязни к евреям, сильно преувеличивают масштабы участия последних в репатриации. В то же время достоверно известно, что в мае – июне 1945 г. в районе выдачи находились отдельные группы военнослужащих Палестинской бригады, которые могли привлекаться к проведению акции наряду с другими частями британской армии.

Массовая депортация казаков из долины Дравы началась 1 июня. Чтобы осуществить ее, англичане предприняли штурм лагеря Пеггец, где 15 тысяч казаков, включая женщин и детей, устроили богослужение под открытым небом. Орудуя штыками и прикладами, солдаты вырывали людей из толпы и заталкивали их в грузовики. Несколько десятков казаков были убиты при попытке к бегству, погибли в давке, утонули или покончили с собой. Аналогичные эксцессы, хотя и с меньшим числом жертв, происходили и в других лагерях.

Всего за пять недель, начиная с 28 мая, было депортировано 35 тыс. казаков. Впереди этих людей ждали все ужасы сталинских лагерей и спецпоселений, пережить которые удалось немногим. Известно, что из примерно 1,5 тыс. эмигрантов, переданных в Юденбурге советским властям, после объявленной в 1955 г. амнистии за границу выехало только 70 человек.

16 января 1947 г. в Москве в Колонном зале Дома Союзов состоялся закрытый судебный процесс по делу шести генералов: эмигрантов П.Н. Краснова, А.Г. Шкуро, С.Н. Краснова и Султан Келеч-Гирея, бывшего советского гражданина Т.И. Доманова и германского подданного Г. фон-Паннвица. Подсудимые обвинялись в том, что «по заданию германской разведки, они в период Отечественной войны вели посредством сформированных ими белогвардейских отрядов вооруженную борьбу против Советского Союза и проводили активную шпионско-диверсионную деятельность против СССР». Все обвиняемые были приговорены к смертной казни через повешение.

Приговор был приведен в исполнение сразу по окончании процесса на сооруженной прямо во дворе Дома Союзов виселице. Эта казнь стала логической точкой в истории отчаянной и обреченной попытки вождей эмигрантского и «подсоветского» казачества добиться освобождения казачьих земель и возрождения казачьих войск в союзе с державой-агрессором, целью которой было уничтожение России.

Публикации документов и материалов:

    * Науменко В.Г. Великое предательство. М., 2003.

Исследования:

    * Бетелл Н. Последняя тайна. М., 1992.
    * Смирнов А.А. Казачьи атаманы. М.;СПб., 2002.
    * Толстой Н.Д. Жертвы Ялты. М., 1996.

                           С.И. Дробязко
Tags: фашизм
Subscribe

  • Английские корни немецкого фашизма

    Научно просветительский журнал Скепсис продолжает публикацию книги Мануэля Саркисянца " Английские корни немецкого фашизма". Книга…

  • Краснов и нацисты

    Продолжение статьи Дробязко - начало вот тут окончание тут В письме от 6 ноября 1942 г. Краснов сообщал Балабину о своей встрече с…

  • Краснов и нацисты

    Очередной ряженый казаком клоун обратился с требованием о реабилитации атамана Краснова. В этой связи выкладываю статью историка Дробязко как раз…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments